dambiev (dambiev) wrote,
dambiev
dambiev

Categories:

О бедной зенитке замолвите слово…

Оригинал взят у afirsov в О бедной зенитке замолвите слово…
В ответ на запись "...Они думают, что войну можно выиграть одними бомбежками"
пришло письмо от известного автора, в частности по статьям в журнале "Техника и вооружение", Анатолия Сорокина
Fluk
На фоне сбитого истребителя-бомбардировщика Ме 110 командир зенитной батареи лейтенант Н. Кулер, начало 1942 г.
Батарея Кулера к этому времени сбила восемь германских самолетов


Рассматривая действия штурмовой авиации во ВМВ и предшествовавшие ей года, нельзя не отметить одно обстоятельство – эффективными в плане уничтожения и подавления противника они были при отсутствии сколь-нибудь действенного противодействия с земли. Учитывая отсутствие современной зенитной артиллерии у республиканцев в гражданской войне в Испании, не приходится удивляться тому ужасу, который наводили на них пикировщики и выполняющие штурмовые функции самолёты других классов франкистов и стоявших за ними немецких нацистов и итальянских фашистов. Тоже самое сотворялось и на начальном этапе ВМВ на Западном и Восточном фронте.

Однако, там где Ю-87 или Хш-129 наталкивались на огонь 61-К или 25-К, их эффективность уменьшалась в разы. Их экипажи сами оказывались подавленными, бомбовые и пушечные удары резко теряли в точности, а впоследствии руководство «гешвадерами» чуть ли не само отказывалось лезть туда, где по их данным наблюдалась концентрация советских автоматических зенитных пушек. Или хотя бы один расчёт-ас – в ВИМАИВиВС хранится 37-мм зенитка 61-К расчёта, которым командовал Иван Афанасьевич Шалов, сбившая за ВОВ 18 самолётов противника. Экскурсовод Музея вроде бы даже утверждал, что в одном бою зенитчики Шалова сбили несколько целей. В целом такая картина подтверждается тем обстоятельством, что против хорошо защищённых зенитной артиллерией объектов – мостов, ж/д станций, командных пунктов – бомбовые и штурмовые удары оказывались неэффективными. Необязательно при этом налётчикам наносились безвозвратные потери, но то, что свои войска и инфраструктура сохраняли свою боеспособность/функционирование – служило лучшим подтверждением работы зениток.

То же самое имело место и с другой стороны. Немало Пе-2 и Ил-2 не вернулись с бомбёжек и штурмовок переправ, скоплений войск и иных целей, хорошо защищёнными 20-мм и 37-мм «флаками». По статистике О. Растренина за вторую половину ВОВ более половины безвозвратных потерь Ил-2 пришлось именно на зенитную артиллерию немцев. По циклу статей «Приказано выжить!» того же автора становится ясным, что попадание 37-мм снаряда в Ил-2 было фатальным, 20-мм – был шанс выжить, но в этом случае не приходилось уже думать о выполнении боевого задания (т. е. зенитка своё дело сделала!), а его бронезащита была адекватна против «стрелковки» с земли. Слабость одиночных 20-мм стволов фрицы компенсировали их счетверением и попавший в шквал огня «фирлинга» Ил-2 уже сбивался несколькими попаданиями его снарядов. Но тогда откуда же у него такая жуткая и действительно заслуженная репутация?

Но сначала разберём эффективность действия вооружения Ил-2 по типичным целям обороняющихся немцев. По живой силе в открытых сверху окопах, ходах сообщения и т. п – высока при отсутствии противодействия. Но достаточно поблизости пары «фирлингов» и она упадёт в разы. Сам «фирлинг» или 37-мм флак 43 – цель малоразмерная, труднозаметная и его атака смертельно опасна для штурмовика. Подтверждено опытом шаловского расчёта – его атаковали не раз, но добиться хотя бы подавления орудия так и не смогли. ЕМНИП, то при этом кто-то из фрицев был даже сбит. РС-132 при хорошем осколочном действии дают слишком большое рассеивание и не особо эффективны против отдельной малоразмерной цели. Кроме того, при подготовленной обороне огневые средства вроде пулемётов будут размещены на «дзотированных» позициях. Против хорошего ДЗОТа с закрытых позиций с трудом работает даже 122-мм гаубица М-30 и с точки зрения авиационных средств поражения тут уже нужна уже ФАБ приличного калибра с Пе-2. Есть ещё одна проблема – ДЗОТ трудно заметен с воздуха и пилоту вообще невозможно заметить вспышки от выстрелов находящегося там пулемёта – непонятно, естественный ли это бугорок или полевое фортификационное сооружение. Таким образом, при наличии таких огневых точек рассчитывать на то, что своя пехота подберётся вплотную к окопам врага даже при полном подавлении сидящей там живой силы не приходится. А если наряду с ДЗОТом где-то есть ещё и хорошо окопанная и малозаметная с воздуха миномётная батарея противника, то своим пехотинцам придётся вообще плохо. И, к сожалению, в ВОВ отмечалось немало случаев штурмовки своих войск Ил-2 при их тесном соприкосновении с противником.

Но для взлома обороны противника помимо авиации и пехоты есть артиллерия и танки. При грамотном взаимодействии штурмовиков со своей артиллерией на мешающие им «флаки» на переднем крае полетят 122-мм и 152-мм «огурчики», которые заставят их расчёты как минимум покинуть орудия и укрыться от осколков. Ил-2 сразу же обретут свободу действий, а ДЗОТами и недобитыми ими и артиллерией миномётами, пехотными и противотанковыми орудиями врага займутся танки и «полковушки» с «дивизионками» в рядах наступающих войск.

Но только этого мало для объяснения репутации Ил-2. Искусство обороны в том и состоит, чтобы за счёт эшелонирования её рубежей и искусного манёвра имеющимися силами создавать наступающему максимум трудностей и наносить ему наибольшие возможные потери. Поскольку заранее невозможно прикрыть зенитками все пути перемещения, отхода и развёртывания резервов, то Ил-2 жестоко уничтожали живую силу и технику фрицев в скоплениях, походных колоннах, при отходе или бегстве, при развёртывании. И здесь его защищённость от стрелковки сработала на все сто процентов. Интересны в этом плане воспоминания одного гитлерюгендовца, который был и под артобстрелом, и в городском бою, но окончательно в его бошку мысль «аллес капутт» влезла только после штурмовки Ил-2 походной колонны, где он находился. Подавленность после лицезрения мясорубки достигла такого предела, что он бросил оружие и сбежал, благо ловить в тот момент его всем присутствующим было некогда, а спустя пару дней – уже и некому. «Кто хоть однажды видел это – тот не забудет никогда!»

И в итоге следует вывод, достойный Капитана Очевидность – при наличии достаточного количества у обороняющегося малокалиберных зениток и высокомобильных ЗРК, включая переносные, действия штурмовой авиации / вертолётов будут малоэффективными даже при наличии хорошего бронирования машин. Что делать, если кабина и двигатель не повреждены, зато огнём незамеченной вследствие хорошей маскировки ЗУ-23-2 в хлам размочалены рули высоты и направления или оторван хвостовой винт?


На основе этого письма возникли еще несколько замечаний к теме:

Да, появление зенитных автоматов сразу сказалось на тактике применения в первую очередь пикирующих бомбардировщиков. Если штурмовик имел возможность скрытно подойти к цели на малой высота, используя эффект внезапности, то пикировщик начинал свою работу минимум со средних высот, что позволяло зенитным расчетам приготовиться к «горячей встрече». В результате именно зенитные автоматы во много поставили крест на карьере «Лаптежника» - Ju 87.

Если в начале войны они сбрасывали бомбы с малой высоты и довольно уверенно поражали малоразмерные цели, то с ростом высоты сброса бомб за пределами эффективного огня «автоматов» точность стала никакой. Проблема была в том, что на Ju 87 отсутствовал штурман, который мог бы сделать расчет момента ввода в пикирование с учетом ветрового сноса, а с большой высоты с помощью хорошего прицела, управляемого штурманом-бомбардиром, обычные «горизонтальные» бомбардировщики бомбили уже точнее. Зато штурман был на Пе-2, поэтому «пешка» просуществовала как пикировщик до самого конца войны.

А Ju 87 пришлось переквалифицироваться... в штурмовики! С 1943 г. на «лаптежники» стали ставить вместо пулеметов пушки, а на последних моделях изначально не устанавливали тормозные решетки, с ранее выпущенных машин - снимали, пикировать даже теоретически они уже не могли. Низкая живучесть в воздушном бою компенсировалась тем, что действовали «лаптежники» в основном в «ночных» эскадрильях штурмовиков. «Ночные» – это условно, скорее «сумеречные». Вылеты совершались на рассвете или на закате, когда встреча с вражескими истребителями была наименее вероятна. Именно в этом качестве «лаптежник», казалось бы устаревший самолет, дотянул до конца войны. И это не случайно.

Дело в том, что штурмовики, действующие по переднему краю и в ближайших тылах противника, имели ряд преимуществ перед ПВО противника. Во-первых, заходя со своей территории на небольших высотах, они достигали элемента внезапности – зенитчики их просто не успевали встретить прицельным огнем. Во-вторых, разместить серьезные средства ПВО на передовой чаще всего не получается – зенитные батареи даже малокалиберной артиллерии легко могут выявляться фронтовой наземной разведкой и подавляться вплоть до огня батальонных минометов. В-третьих, в случае какого-либо осложнения обстановки или повреждения штурмовик имел возможность быстро вернуться за линию фронта под защиту своей ПВО или совершить вынужденную посадку в расположение своих войск. Сочетание этих факторов приводило к той парадоксальной ситуации, когда казалось бы устаревшие самолеты успешно использовались противниками практически до конца войны. Так, формально давно устаревший биплан-штурмовик Hs 123 провоевал на Восточном фронте вплоть до Курской дуги, пройдя горнило битв под Москвой и Сталинградом, хотя выпущено их было всего 300 экземпляров! Аналогично завидно долгой боевой карьерой отличались наши устаревшие истребители И-15, И-153 и И-16, использовавшиеся в качестве штурмовиков, например, в авиации армий (см. Книга про воздушное сражение над Сталинградом) Можно отметить, что как в случае с Испанией – штурмовиками Не 51, все эти самолеты не несли серьезной бронезащиты.

Что касается Ил-2 действующих в глубине обороны противника, то действительно малокалиберные автоматы были их главным противником. Но тут в пользу «Ила» играл целый ряд обстоятельств. Самым простым решением для атаки хорошо защищенных целей было выполнение только одного захода, когда средства ПВО просто не успевали среагировать. Когда требовалось выполнение нескольких заходов для подавления особо важных целей, прикрытых ПВО, привлекались наиболее опытнее летчики, применялись специальные схемы атаки (когда противник находился под постоянным огнем штурмовиков – обеспечивалось «подавление» ПВО), широко использовался противозенитный маневр и проч. Наглядным примером такой тактики штурмовиков может быть налет на аэродром Сальска в 1943 г. (см. Налет на Сальск или нокдаун "воздушного моста"). Плюсом «Ила» была и высокая живучесть. Например, удачный профиль крыла позволял «Илу» держаться в воздухе даже после получения метровых (!) пробоин в плоскости. Причем, когда позже на Ил-10 перешли на более скоростной профиль крыла, то сразу оказалось, что даже относительно небольшие повреждения тут же делали крыло неспособным держать самолет в воздухе! Бронезащита «Ила» хоть и не держала бронебойные малокалиберные снаряды, но вполне защищала от осколочно-фугасных – основной тип снаряда зенитной артиллерии, так что попадание трех-пяти снарядов «Ил» держал и по крайней мере давал шанс пилоту совершить вынужденную посадку.

Да, насчет поражения ДЗОТов. Во время Второй мировой это действительно была проблема. Олег Растренин в своих работах отмечает, что специально до ДЗОТам могли действовать только пикировщики, способные нести тяжелые бомбы. Ил-2 практически пикировать не мог. Из всех предлагаемых на тот период самолетов более всего подходил для подобной задачи опытный истребитель-биплан И-207, способный нести две 250-кг бомбы, но в серию не пошедший... Сейчас эта задача в целом решается достаточно успешно применением управляемого оружия (бомбы, ПТУРСы с термобарической БЧ и т.п.)

Можно заключить, что успех Ил-2 обеспечен целым комплексом факторов – удачной компоновкой и конструкцией, бронезащитой и средствами обеспечения боевой живучести, тактикой применения и подготовкой пилотов. То есть хороший штурмовик не может получиться вдруг по команде свыше – это должен быть целевой самолет, выполненный с учетом весьма разнообразных и специфических условий боевого применения. Классический пример – провал американцев с попыткой создания штурмового варианта истребителя F-16 (А-16): очередная война в Персидском заливе («Буря в пустыне») наглядно показала, что F-16 не может заменить штурмовик А-10.

Конечно, колебания политического руководства по поводу штурмовиков могут быть с весьма большой амплитудой. Вот, например, цитата из последнего журнала «Авиация и Космонавтика»: «Непосредственная авиационная поддержка войск на поле боя в формате Великой Отечественной войны и первых послевоенных годов в глазах высшего и политического руководства страны в основном утратила свое значение. Авиационная поддержка войск теперь планировалась ... с использованием тактического ядерного оружия... Применения на поле боя обычных авиационных средств поражения практически исключалась»!

Бомбить Алеппо ядерными бомбами собираемся? Нет? Тогда, на какую серьезную поддержку от авиации можно рассчитывать без штурмовой авиации?

Tags: Интересное
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 1 comment